Почти половина работающих россиян за последний год задумывались об уходе, но уволились лишь 5%. Разбираем данные ВЦИОМ и то, как работодателю увидеть «скрытый» слой недовольных сотрудников.

По данным Росстата, в июле 2026 года 13,3% безработных искали работу более 12 месяцев против 9,7% годом ранее. Разбираем, что стоит за этими цифрами и на что обратить внимание работодателю.

В Татарстане на одного зарегистрированного безработного приходится около 24 вакансий. Разбираем, каких специалистов не хватает промышленности, стройке и транспорту и что показывают зарплатные предложения.

Сотрудники всё чаще воспринимают подработку и вторую профессию как страховку, а не как способ просто заработать. Для HR это меняет логику удержания и разговора о карьере.

По данным центра «Профессии будущего», московские работодатели предлагают водителям такси в среднем около 170 тыс. рублей в месяц. Это заявленный доход, а не фактическая средняя зарплата всех таксистов.

В 2007 году работодатели жаловались на нехватку людей, а на одну вакансию программиста приходилось 0,35 резюме. Уже к 2009 году безработица выросла до 8,4%, а конкуренция за рабочие места — почти в 11 раз.

Банк России сообщил о снижении напряжённости на рынке труда: безработица выросла с исторического минимума, вакансий стало меньше, а рост зарплат замедлился. Разбираем, что это меняет для HR.

За последний год OpenAI и Anthropic наняли в Азии как минимум девять топ-менеджеров из Google, Microsoft, Amazon, Meta и Uber. Разбираем, почему ИИ-компаниям понадобились не разработчики, а руководители, знающие локальные рынки.

За десять дней в Узбекистан вернулись 96 415 граждан, работавших в России. Разбираем, почему это ещё не «исход» и что цифры значат для массового найма в России.